PORT MONE TRIO
проект Port Mone trio
WHISPER
Человек подключен к сети. Мир его невелик и тянется волнами от роутеров,
тонкими проводами от источников электричества к экранам, замыкается маршрутами из дому на работу и бросками из аэропорта в аэропорт,
ограничивается посещёнными странами и накопленными знаниями.
Человек погружен в небольшую вселенную собственной жизни,
и вне ее — связи, которые обнаружить и понять непросто или некогда.
Они тонкие и редко говорят о себе громко.

И если ежеминутная включенность в свой маленький мир для человека - естественная необходимость и залог выживания, то умение чувствовать и понимать большой мир требует от него дополнительных усилий. Оно теряется и забивается шумом: потреблением с его горящими предложениями, пропагандой с ее изменяющимися лозунгами, массовой культурой с простыми механизмами забытья.
Умение включаться в большой мир, чуткость к взаимосвязям между его составляющими и осознание последствий своего участия похожи на умение слышать шепот каждого, умение говорить и быть так, чтобы не случилась катастрофа.
ЗОНА АБСУРДА
ЗОНА АБСУРДА
Это не всегда удается. Иногда желание извлечь выгоду из большого мира заставляет человека забыть о маленьких рисках вроде технического несовершенства или "человеческого фактора". В 1986-м году произошел взрыв на Чернобыльской АЭС, после которого 23% территории Беларуси оказались поражены Цезием 137. Последствия загрязнений стронцием и изотопами плутония будут проявляться еще сотни лет. В 1986 году из 30-километровой зоны вокруг ЧАЭС эвакуировали людей, а часть страны стала зоной отчуждения. Радиация поразила около четверти белорусских лесов, а на территории размером со средний район Беларуси теперь нельзя заниматься сельским хозяйством. В июле 1990 года Верховный совет Беларуси объявил всю территорию республики зоной экологического бедствия.
Радиоактивное загрязнение территории Республики Беларусь цезием-137 после Чернобыльской катастрофы
Трагедия и травма, случившиеся в погибающем СССР, перекочевали вместе с последствиями для здоровья людей и экономики в независимую Беларусь. Ущерб, нанесенный стране радиационной аварией за 30 лет ее преодоления, даже по официальным данным государственного Департамента по ликвидации последствий катастрофы на Чернобыльской АЭС оценивается в 235 млрд долларов. За эти деньги можно было бы возвести 21 атомную электростанцию, аналогичную строящейся в Беларуси сегодня.
Вскоре после радиационной катастрофы, поразившей юг, на богатом лесами и озерами, на чистом и нетронутым радиацией севере страны строится первая белорусская АЭС. Строится без ясного экономического обоснования, в кредит и без учета мнения жителей Беларуси - той самой зоны экологического бедствия, где за 30 лет шутки про радиацию и мутацию стали фольклором. И, несмотря на то, что урок вроде бы усвоен, несмотря на другой тип ядерного реактора в сооружаемой станции, на современные технологии систем безопасности и официально транслируемый пафос про будущую энергонезависимость страны, строительство АЭС в Беларуси вызывает недоумение. Неужели нельзя было поступить более бережно?
ОЧЕНЬ СТРАННЫЕ ДЕЛА
Есть эмоциональная сторона вопроса: для того, чтобы ее ощутить, достаточно побывать в зоне отчуждения или рядом и увидеть брошенные дома и деревни, которые сравняли с землей. Целые села захоронены под асфальтом или брошены и рассыпаются, пронизываемые тишиной и лесом. Лес поглотил всё: старинные усадьбы, где собиралась белорусская знать, школы, где воспитывались новые советские люди, скромные жилые дома. Природа в зоне отчуждения просто получила новые вводные в виде радиации и отсутствия человека, и зажила новой, насыщенной жизнью - возможно, ей даже просторнее, чем прежде. А человек отсюда исчез: остался лишь его след в разваливающихся срубах, в резных голубях наличников, в потемневших медальонах фотографий на надгробиях и в трепете рушников на сохранившихся кладбищах. Люди оставили родные места, потеряли близких, здоровье, стали жертвами случайного и небезопасного радиационного эксперимента - на землях с разной степенью загрязненности живет около четверти населения Беларуси - и всё это так быстро забылось. Память о трагедии превратилась в растерянный шепот - неслышный на фоне происходящего.


У сомнений насчет необходимости мирного атома есть и рациональная сторона, и это не только сомнительная экономическая целесообразность или сложившееся за десятки лет недоверие к культуре безопасности, технологиям и подрядчикам из постсоветских стран. Например, есть мнение, что построенная в кредит Белорусская атомная электростанция вряд ли приведет страну к энергонезависимости, потому что Беларусь будет вынуждена не только отдавать кредит, но и все так же закупать топливо у соседей. Просто теперь вместо газа Беларусь будет импортировать из России топливные кассеты с ураном.
ШЕПОТ РАЗУМА
Сегодня большой мир меняется и старается уйти от традиционной энергетики. С одной стороны, это продиктовано стремлением к экологической безопасности, с другой - желанием реальной энергонезависимости, ведь в странах, которым повезло с топливными ресурсами, тоже случаются политические катаклизмы, вооруженные конфликты и войны, и мало кому хочется от этого зависеть. И именно альтернативная энергетика становится выходом для экономик, не имеющих собственных полезных ископаемых. При этом технологии, применяемые в ней, постоянно совершенствуются и дешевеют, и возобновляемые источники становятся конкурентами привычных способов производства энергии.
Беларусь планирует запуск первого реактора атомной электростанции в 2019 году, а доля возобновляемых источников энергии, увеличится к 2035 году всего до 9%.
Крупные энергетические корпорации вкладывают деньги в солярные электростанции и ветропарки, глобальный бизнес - например, Google - стремится к 100% использованию возобновляемой энергии, а на Всемирной конференции ООН по изменению климата 48 стран объявили, что к 2050 году перейдут на 100% зеленую энергию. Возможно, и Беларуси с ее вечной ресурсной зависимостью от соседей и многосложной травмой Чернобыля стоило бы прислушаться к альтернативным энергетическим сценариям. Пока же на 2019 год Беларусь планирует запуск первого реактора атомной электростанции, а доля возобновляемых источников энергии, согласно Концепции энергетической безопасности, увеличится к 2035 году всего до 9%. С имеющихся на сегодня 5%.
Желание слышать и умение договариваться могли бы обеспечить иной путь. Например, сценарий "Энергетической [р]еволюции" показывает, как Беларусь может перейти к ситуации, в которой более 90% электроэнергии, производимой в стране к 2050-му году, могло бы приходиться на возобновляемые источники, причем сделать это с меньшими финансовыми затратами. Документ основан на многостороннем анализе ситуации и предлагает совершенно иное будущее - от атомной энергии в этом случае можно было бы смело отказаться. В документе подробно описаны все этапы и тонкости реализации сценария, который предполагает не только технические, но и поведенческие перемены, изменение не только энергетической или транспортной инфраструктуры, но и образа жизни, мышления отдельного человека в сторону ответственного и бережного, экологического отношения к окружающему миру и его исчерпаемым ресурсам - от использования более экологичного транспорта и проектирования устойчивых городов до распространения частного производства зеленой энергии. К сожалению, предложенный сценарий пока что вряд ли будет реализован. Как развитие альтернативной энергетики, так и строительство АЭС - это политические решения, и, судя по градирням над пасторальным Островецким районом, официальная Беларусь свой выбор уже сделала.
WHISPEr
Проектом Whisper и своим третьим альбом мы продолжаем говорить с помощью музыки о том, что кажется нам важным. И способ записи здесь, как и в предыдущем, записанном в лесу, альбоме Port Mone trio, становится самостоятельным высказыванием: весь музыкальный материал нового альбома зафиксирован при помощи электричества от местных возобновляемых источников. Записан "живьем", "в поле", с помощью мобильной студии, подключенной напрямую к энергетическим установкам. Для этого мы провели две выездные сессии звукозаписи, отправившись сперва к солнечной электростанции, а затем в ветропарк.
Второй альбом Port Mone Thou мы записывали в октябрьском лесу в 2013 году, поэтому опыт работы с музыкой "в поле" у нас уже был.

В поисках подходящих для записи локаций мы проехали по Беларуси около трех тысяч километров. Солярные парки встречались и на попавшей когда-то в зону отселения Брагинщине на востоке, и на заброшенном военном аэродроме под Щучиным на западе Беларуси. Ветрогенераторы также оказались рассыпаны по холмам по всей стране и вдобавок к этому отличались издаваемыми звуками и защищенностью потенциального места записи от ветра. Да, это забавно, но ветер был нам нужен лишь как источник энергии, но не шума. В итоге поиск места для аудиоэксперимента превратился в полноценную экспедицию по возобновляемой энергетике и красоте Беларуси.
Оказалось, что самая первая в Беларуси ветроустановка, спроектированная еще советскими инженерами, стоит под Минском, недалеко от Волмы. Она стала симпатичным элементом местного пейзажа, но не очень удачным экспериментом, потому что для запуска этого ветрогенератора требовалось больше энергии, чем он был способен выработать. Теперь гигант на холме бесполезен и напоминает ретрофутуристическую инсталляцию, вокруг которой суетятся приземленные трактора. Несколько ветрогенераторов трудятся совсем рядом с руинами древнейшего Кревского замка и вполне вписываются в пейзаж средневекового местечка, а крупнейший государственный ветропарк Беларуси стоит под Новогрудком - бывшей столицей Великого Княжества Литовского. И один из ветряков под этим маленьким тихим городом в центре Беларуси - европейский рекордсмен по производительности.

На севере, недалеко от литовской границы, мы познакомились с изобретателем Матеушем Синкявичусом, собравшим свой собственный ветрогенератор. Демонстрируя консервативным соседям по деревне потенциал зеленой энергетики и человеческого духа, инженер соорудил постапокалиптическое устройство с лопастями из автомобильных дверей - и этого хватает, чтобы обеспечить электричеством собственное домашнее хозяйство. И это все - не про чудо, а про то, что при желании и усердии возможно многое. Так же, как построить на территории бывшей свалки в Рудошанах солярный парк. Так же, как обеспечить собственный дом теплом за счет фотоэлементов на крыше, или собственный бизнес энергией за счет ветроустановки. За недельную экспедицию мы нашли раздробленные, редкие, частные, но вполне успешные попытки некоторых видов альтернативной энергетики прижиться в Беларуси - краю, скупом на солнце и ветер.
Робкие проявления будущего посреди прошлого стали не только необычным антуражем, но и источниками электроэнергии для нашей студии на колесах.
В результате мы выбрали для записи альбома две площадки: солярный парк в Рудошанах, где в низине на месте бывшей свалки литовский инвестор установил на 5 мегаватт солнечных батарей, и ветропарк рядом с деревней Пудовня в Могилевской области, где на холме поскрипывают девять пожилых ветроустановок. И важно было не только то, насколько защищено место от ветра и как оно звучит само по себе, но и его особый символизм. Поэтому тихие солнечные батареи на оживающих землях бывшей свалки посреди курортного региона, и деловитые, шумящие как порт ветряки на краю сонной полузаброшенной деревни востока Беларуси показались наиболее удачными местами для воплощения задуманного. Робкие проявления будущего посреди прошлого стали не только необычным антуражем, но и источниками электроэнергии для нашей студии на колесах.


ЗАПИСЬ шепота
Второй альбом Port Mone Thou мы записывали в октябре 2013 года, в лесу, поэтому опыт работы с музыкой "в поле" у нас уже был.

Для того, чтобы записаться от возобновляемых источников, мы снова вывезли за собой из города полстудии, а ради использования в музыкальной ткани живой акустики места - ветра, птиц, шумящих деревьев и других звуков - в каждой локации выставляли десятки микрофонов, записывая не только инструменты, но и отзывчивую окружающую среду. Запись мы наметили на самое теплое время капризного белорусского лета - конец июня. Важно было предусмотреть защиту оборудования от ветра или дождя, а самим за время сессии не сгореть на солнце и не быть съеденными насекомыми. Ради чистоты эксперимента страховку в виде дизель-генераторов или аккумуляторов решили не предусматривать, и во внешний мир от нас должен был уйти лишь один-единственный шнур с вилкой.
И внешний мир отозвался. Владельцы установок дали для нашей записи бесплатное электричество. Сотрудник солярного парка помог выбрать безветренное место и с интересом наблюдал за процессом. Электромонтеры позволили выбирать, к какому из ветрогенераторов подключиться и за пару минут устраивали в нем розетку. Правда, один из них сперва смотрел на нас как на инопланетян, но поняв, что мы прибыли с добрыми намерениями, показал свои фотографии заката с верхней площадки гондолы, извиняясь, что нам туда нельзя. Получить электричество для записи звука напрямую от солнца и ветра оказалось действительно возможно.
Два первых дня звукозаписи мы провели среди отражающих небо фотоэлементов на бывшей свалке - там ещё проступал сквозь песок битум, доставшийся земле от недавнего прошлого. В остальном локация солярного парка в зависимости от освещения была похожа то на осколок зеркала, то на море, и тихо звучала осторожными птицами. В первые дни мы научились быстро собирать и разбирать студию с километрами проводов, записали кучу дублей и поняли, что лучше заканчивать до того, как просыпаются комары. Хотя именно на закате было особенно приятно озвучивать своими пьесами и пасторальные пейзажи нарочанского края, и небольшую деревню рядом, и ферму с маленькими телятами, расположенную вблизи солярного парка.
Ещё два дня мы записывались в 300 км к востоку, где энергию нам обеспечивал ветер. Невозмутимый, будто музыканты каждый день просят у него электричество, электрик в резиновых сланцах выдал нам собранную на месте в ветряке розетку и исчез в недрах ремонтируемой по соседству установки. 150-метровый кабель связал полевую студию с ветрогенератором, и мы снова растворились в процессе игры и звукозаписи - вместе с птицами, травами, шумом лопастей, художественным скрипом и постукиванием механизмов. Прятали студию от дождя, подстраивались под темпы вращения ветряков, переписывали материал, забракованный мощными порывами ветра. Конечно же, мы сгорели на солнце. Конечно же, мы устали от ветра. Но все, что происходило с нами и вокруг нас, становилось красками и полутонами в будущем материале, превращалось в оттенки и интонации "Шепота".
Послесловие
Земля спокойно переживает глухоту и слепоту человека, терпеливо наследует и хранит человеческие ошибки, перемалывает войны и катастрофы. В отличие от человека, она не может чего-либо опасаться, кого-то любить, а кого-то ненавидеть, ей ни к чему оправдываться и незачем что-либо говорить словами.

Запись музыки от местных возобновляемых источников энергии на фоне строящейся в Беларуси АЭС - своеобразный жест, указывающий на саму возможность альтернативы привычному и не всегда разумному укладу. А весь проект - попытка показать, что и природа, и культура - это тот самый большой мир, в котором стоит быть чуткими к связям, бережными и негромкими, чтобы избежать катастроф. Обращение к человеку с тихой как шепот просьбой быть внимательным к тому, что происходит внутри него и вокруг, быть внимательным не только к маленькому понятному миру в пределах собственной жизни, но и к миру большому, где безответственность отдельного человека почти всегда становится общей проблемой. А главной экологической бедой являются непросвещенность и равнодушие.




Спасибо товариществу Зеленая Сеть,
Climate Action Network,
всем, кто поддержал нас,
участвуя в краудфандинге,
всем, кто делился энергией
и всем, кто присутствовал
и помогал при записи альбома.
Идея проекта, аранжировка и запись музыки:
Алексей Ворсоба - аккордеон
Алексей Ванчук - бас
Сергей Кравченко - перкуссия

Композитор:
Алексей Ворсоба

Звук:
Олег Доманчук - запись
Андрей Жуков - сведение, мастеринг

Фото:
Александра Кононченко
Сергей Кравченко

Видео:
Александра Кононченко
Вадим Ильков

Текст:
Сергей Кравченко

Сайт:
Алексей Ванчук

Менеджмент:
Яся Королевич-Картель
Made on
Tilda